Гостья ловко уклонилась от распростертых объятий миссис Чилтон.

— На самом деле меня зовут Маб, — сухо поправила она. — Короткое «а», как в слове «краб».

— О да, конечно же, — потупилась миссис Чилтон. — Я это знала, да, наверно, забыла. Входите.

И тогда тетушка Маб-почти-что-краб вошла в дом. Порыв ледяного ветра захлопнул дверь у нее за спиной. По спине Кайла пробежали мурашки.

Он инстинктивно отшатнулся и попятился к дверям кладовки.

Над краем красного шарфа, скрывавшего чуть ли не половину лица тетушки Маб, сверкали пронзительные глаза. Они с настороженностью хищника следили за каждым движением Кайла.

Мальчик поморщился, как от боли.

— Это и есть малыш, с которым я должна сидеть? — бесцеремонно спросила тетушка Маб и принялась разматывать шарф.

— Нечего со мной сидеть! — оскорбился Кайл. — Я не малыш и в присмотре не нуждаюсь.

— Большинство нынешней молодежи нуждается в самом строгом присмотре, — заметила тетушка Маб, ни к кому конкретно не обращаясь.

Покончив с шарфом, она сняла с плеч широкий пурпурный плащ. Ни на миг не сводя глаз с Кайла, вручила маме пальто, шарф и шляпу.

— Мягкотелые. Испорченные. Невежественные. Грубые, — продолжала тетушка Маб. Установив трость в стойку для зонтиков, она мило улыбнулась Кайлу.

Глаза Кайла вылезли на лоб. Он услышал, как мама, повесив тетушкину одежду в стенной шкаф, изумленно ахнула.

Женщина, стоявшая перед ними, была похожа на ожившую иллюстрацию из книги сказок. Не верилось, что она может приходиться кому-то тетушкой, матерью или кем-то еще. Мягкие золотистые локоны ниспадали на плечи. Глаза были голубые, как летнее небо, кожа — бледная, как молоко. Когда она улыбалась, в одном уголке рта появлялась очаровательная ямочка. На ней было надето просторное платье нежного лавандового цвета.